«Один из величайших психоаналитических наблюдателей нашего времени», — так отзывался психоаналитик Джозеф Сандлер о своей коллеге Маргарет Малер. Она — одна из самых влиятельных фигур в истории психоанализа и детской психологии XX века, создательница теории процесса сепарации-индивидуации, изменившей представление о раннем детском развитии.
«Но Маргарет Малер была не просто мыслителем. Она также была человеком Действия», — говорит Анни Бергман, коллега Малер.
В своей жизни ей пришлось преодолеть множество препятствий, главными из которых были ее пол и религия. Несмотря на трудности, она смогла получить медицинскую степень и стать врачом — в начале XX века это удавалось немногим женщинам.
В психоанализ Маргарет Малер привела личная драма — сложная семейная история. Она напрямую повлияла на интерес психоаналитика к исследованию отношений ребенка с родителями, особенно с матерью.
«Я полагаю, что именно мои наблюдения за любовным взаимодействием моей матери с моей сестрой — и то, как оно контрастировало с ее взаимодействием со мной — направили меня в педиатрию и психоанализ и, более конкретно, к последующему исследованию двойственной единицы мать — младенец», — рассказывала Малер в одном из своих интервью.
О некоторых моментах жизни этой удивительной женщины читайте в новом выпуске рубрики «Псиантропология».
«Я родилась для отца»
«Я выросла в золотой клетке. У меня было всё, кроме одного — чувства, что я действительно желанна и любима просто потому, что я есть», — говорила, вспоминая свое детство, психоаналитик Маргарет Малер.
Она была старшей дочерью Густава и Евгении Шёнбергеров. Супруги жили в маленьком городе Шопрон, неподалеку от Вены. Маргарет родилась 10 мая 1897 года, ровно через девять месяцев и шесть дней после свадьбы родителей. Густав Шёнбергер работал врачом общей практики и вел довольно активную общественную жизнь: занимал должность главного государственного санитарного врача своего района, возглавлял еврейскую общину Шопрона. При этом в его собственном доме всем заправляла жена Евгения.
Ей было всего 19, когда она стала женой Густава. Брак не сделал ее счастливой. Евгения страдала от того, что рано вышла замуж, рано родила. В семье она ввела строгие правила — дом должен был содержаться в безупречной чистоте. Гости не приветствовались. Днем мужу не разрешалось даже вздремнуть на диване. Супруги часто ссорились: вспоминая об этом уже взрослой, Маргарет считала, что у матери был некий невроз, делавший ее нечувствительной к эмоциям других.
Не испытывала Евгения нежных чувств и по отношению к старшей дочери. О маленькой Маргарет заботился отец, она была любимицей Густава. В первый год жизни Маргарет много болела — и именно отец ухаживал за ней, укладывал спать и вставал по ночам, когда девочка не спала. Маргарет казалось, что мать хотела ее смерти.
«Очень красивая, очень нарциссическая и очень избалованная», — так описывает психоаналитик свою мать.
Через четыре года у супругов родилась еще одна девочка, ее назвали Сюзанной. Младшую дочь, в отличие от старшей, Евгения обожала. Однажды Маргарет случайно услышала, как мать говорит сестре: «Я привела тебя в этот мир, я люблю тебя, я живу только для тебя. Ты — вся моя жизнь».
Эти слова глубоко ранили девочку — холодная и отвергающая мать вызывала у нее ярость. Всю свою жизнь она будет пытаться понять, почему мать не любила ее. Девочка страдала от низкой самооценки, завидовала похвалам, которые Сюзанна получала от матери. Праздник по случаю дня рождения Маргарет устроили только один раз — когда ей исполнилось восемь лет, и то при условии, что ради лотереи для гостей она откажется от своей любимой коллекции шоколадных фигурок животных.
Одним из самых счастливых моментов ее детства был день, когда двухлетняя Сюзанна приложила щеку к горячему утюгу. Мать была в ужасе и истерике от того, что ее «хорошенькая дочь» испортила себе лицо.
Отвергнутая матерью, Маргарет всё больше сближалась с отцом и его миром — миром интеллекта, науки и медицины. «А я — я родилась для отца. Я была для него “сыном”. У меня были мозги и личность, чтобы учиться на манер мужчины», — говорила она.
Однажды девочка пожаловалась отцу, что ни один мальчик не обращает на нее внимания. На что Густав ответил: «Тебе не нужен мужчина, ты достаточно мужчина сама для себя».
Маргарет блестяще училась, особенно преуспевая в математике и естественных науках. Густав гордился успехами старшей дочери и с радостью откликнулся на ее просьбу продолжить учебу в Будапеште в гимназии (хотя это было необычно для того времени — образование девочек ограничивалось учебой в средней школе). Маргарет стала второй женщиной из Шопрона, получившей высшее образование.
Поиски себя
Ей было 16, когда она переехала в Будапешт. Этот город оказал огромное влияние на жизнь и карьеру Маргарет. Там она познакомилась с одними из самых интересных людей своего времени и начала, наконец, понимать, чего хочет от жизни.
Большую часть дня будущий психоаналитик проводила у своей лучшей подруги Алисы Секей-Ковач, они были одноклассницами. Родители Алисы вели активную светскую жизнь, постоянно принимали гостей. Это в их доме Маргарет познакомится с Михаэлем Балинтом (позже он станет мужем Алисы) и Шандором Ференци. По его совету девушка начала читать работы Фрейда и вскоре увлеклась психоанализом — идея о существовании бессознательного ее восхищала.
В сентябре 1916 года Маргарет поступила в Будапештский университет, где изучала историю искусства и училась скульптуре. Скульптуру она любила, но особых успехов в этом направлении не достигла. Поняв, что выдающимся скульптором никогда не станет, Маргарет решила поступить на медицинский факультет. Отец очень гордился тем, что дочь успешно прошла вступительные испытания, хотя и советовал ей держаться подальше от всего «слишком мужского» и изучать офтальмологию, поскольку это, по его мнению, «изящно».
Во время учебы Маргарет увлеклась психологией и неврологией, что впоследствии привело ее в психоанализ. После трех семестров она и несколько ее однокурсников перевелись в Мюнхенский университет, чтобы начать клиническую подготовку по педиатрии в университетской больнице. В этот период девушка подверглась сильному давлению из-за своего еврейского происхождения. Однажды это даже стало поводом для ареста Маргарет и ее сестры Сюзанны (в то время она также жила и училась в Мюнхене). Их задержали, когда они обедали в пансионе, и отправили в тюрьму. Выйти оттуда им помог друг семьи, адвокат. Он убедил Маргарет и Сюзанну покинуть Мюнхен, поскольку ситуация могла ухудшиться.
Маргарет перевелась Йенский университет, где под руководством известного детского невролога Ибрагима продолжила изучать педиатрию. Именно тогда, наблюдая за младенцами, она начала понимать, насколько важны игра и любовь для того, чтобы ребенок рос психически и физически здоровым.
Во время этой стажировки Маргарет пережила один из решающих опытов для своей карьеры. Однажды, когда она дежурила в педиатрическом отделении, родители одного из маленьких пациентов оставили его на ночь на попечение медицинской и сестринской служб (прежде мальчик никогда с ними не разлучался). На следующее утро, когда родители вернулись за ребенком, оказалось, что он умер, хотя был здоров. Этот факт побудил Маргарет задуматься о симбиотических отношениях, существующих между младенцем и его родителями, и о важности этой связи для физического и психического выживания ребенка.
Завершить обучение в Йене из-за своего происхождения Маргарет тоже не удалось, в последнем семестре пришлось перевестись в Гейдельбергский университет. Учебу она закончила с отличием и в 1924-м получила степень доктора медицины.
Это было время, когда женщины-врачи были редкостью. Периодически находились люди, которые напоминали Маргарет, где ее «место». Так, врач, под руководством которого она начала практику, заявил девушке, что та никогда не сможет подняться с уровня ученицы до ассистента, потому что ей положено быть женой и матерью.
Найти истоки страдания
После окончания университета Маргарет какое-то время работала школьным врачом, но всё больше интересовалась детской психиатрией и психоанализом. Она стала публиковать статьи в «Журнале психоаналитической педагогики», а в 1926 году начала учебный анализ у Хелен Дойч — одной из первых женщин-психоаналитиков, ученицы Фрейда. Это стало поворотным моментом в жизни Маргарет: она осознала, что психоанализ позволяет понять природу человеческих отношений и причины тех глубоких внутренних переживаний, которые сама испытала в детстве.
«Медицина дала мне язык, на котором я могла говорить о страдании, — сказала она позже. — Но только психоанализ дал мне ключ к пониманию его истоков».
Впрочем, сам учебный анализ едва не обернулся для Маргарет катастрофой. Детские травмы, ставшие причиной ее низкой самооценки, ощущения женской непривлекательности снова дали о себе знать. Малер часто пропускала сессии. Через 14 месяцев Хелен Дойч заявила, что Маргарет не поддается анализу. Неблагоприятный заключительный отчет, написанный Дойч, привел к тому, что Маргарет лишили статуса кандидата Венского психоаналитического общества. Подавать заявку заново ей рекомендовали только после успешного прохождения личной терапии.
Терапевтом Маргарет стал психоаналитик Август Айххорн. И не только терапевтом, но и любовником. Психологическое состояние девушки улучшилось, депрессия постепенно уходила. Айххорну удалось добиться повторного допуска Малер в Венское психоаналитическое общество. Следующий учебный анализ она проходила у Вилли Хоффера, он оказался успешным. Семь лет спустя после первой попытки, в 1933 году, Маргарет наконец получила статус аналитика. Впрочем, по свидетельству коллег, ее проблемы с женственностью сохранялись в течение всей жизни. Так, Малер никогда не смогла почувствовать себя по-настоящему привлекательной женщиной.
На одном из семинаров она познакомилась с Полом Малером, в 1936-м они поженились. По образованию Пол был химиком, работал на семейном предприятии — венской фабрике по производству ликеров. Оно не было успешным и в конце концов разорилось. Характер у Пола был мягкий, он часто нуждался в поддержке. Энергичная Маргарет доминировала в их отношениях. «Мы — идеальная пара», — говорила она.
Всё сначала
Венский период в жизни Маргарет закончился в 1938 году, когда давление со стороны нацистов усилилось. Малеры перебрались сначала в Великобританию, оттуда — в Америку. Это было трудное для них решение. Они почти не говорили по-английски, у них было мало денег, они навсегда оставляли родных и друзей.
В 1939-м Маргарет Малер познакомилась со знаменитым педиатром Бенджамином Споком и уже через год присоединилась к Институту человеческого развития и Педагогическому институту, а также к Нью-Йоркскому психоаналитическому обществу, став старшим преподавателем детского анализа.
С родины, между тем, поступали тревожные новости. В 1944-м, через месяц после вторжения нацистов в Венгрию, умер отец Маргарет. О Сюзанне известно только то, что она, спасаясь от преследования, бежала из Вены в Будапешт. Мать психоаналитика долгое время отказывалась покидать Вену. Позже Евгения согласилась переехать к дочери в США, но виза не пришла вовремя, и в 1945-м женщина погибла в Освенциме. Маргарет пережила долгий мучительный траур по матери. Ее разрывало от мысли, что у нее так и не сложились отношения наподобие тех, что были у матери с Сюзанной.
«Сверхъестественная наблюдательность»
Вернуться к жизни помогла работа (а работа с детьми стала ее страстью). Анни Бергман, близкая коллега Маргарет Малер и соавтор книги «Психологическое рождение человеческого младенца. Симбиоз и индивидуация», писала:
«Маргарет обладала удивительной способностью наблюдать. Она могла часами сидеть с матерью и ребенком, не произнося ни слова, и потом описать мельчайшие нюансы их взаимодействия. Ее наблюдательность была почти сверхъестественной».
Фред Пайн, другой соавтор книги, вспоминал: «Маргарет была не просто исследователем — она была провидцем. Она видела в детях то, что другие не замечали: их внутреннюю борьбу за то, чтобы стать собой».
Сама Малер о своей работе говорила так: «Я всегда старалась наблюдать детей не через призму теории, а с открытым сердцем и глазами. Ребенок сам расскажет свою историю, если вы дадите ему безопасное пространство».
В 1950 году Малер вошла в состав сотрудников Медицинской школы Альберта Эйнштейна и возглавила программу обучения детскому анализу, которой руководила вплоть до 1960-х годов. Тогда же она вместе с коллегами основала при школе Эйнштейна терапевтический детский сад для детей с эмоциональными нарушениями.
Маргарет Малер впервые провела лонгитюдные исследования здоровых детей в обычных условиях их развития в семье, и показала, как появляется идентичность (Я) и представление о другом. Она доказала, что именно реальный опыт отношений с первичным объектом (чаще всего матерью) становится ключевым элементом становления психики ребенка.
Из этих наблюдений и выводов родилась ее теория сепарации-индивидуации. Она вошла в учебники по психологии развития, детской психиатрии и психоанализу. Малер описывает, как ребенок проходит путь от симбиотического единства с матерью к психологическому рождению как самостоятельная личность.
«Психологическое рождение человеческого младенца — это процесс, который происходит не в утробе матери, а в первые три года жизни, — пишет психоаналитик. — Ребенок становится отдельной личностью в процессе постепенного эмоционального отдаления от матери, при условии, что мать остается доступной и любящей. Мать — это не просто объект любви. Это эмоциональная база, от которой ребенок отталкивается, чтобы исследовать мир, и к которой он возвращается, чтобы восстановить силы».
По мнению специалистов, данная теория изменила взгляд психоаналитиков на развитие человека. Она показала, что психологическое рождение — не единичный акт, а длительный процесс, который может быть нарушен на любой стадии.
«Маргарет Малер произвела революцию в нашем понимании первых лет жизни ребенка», — сказал один из ее коллег.
«Процесс длиною в жизнь»
Маргарет Малер продолжала работать до 1980-х годов. Она добилась международного признания как преподаватель, исследователь и практик. Была удостоена множества наград, включая премию Американской психоаналитической ассоциации за выдающийся вклад в развитие психоанализа.
Доктор Малер умерла 6 октября 1985 года в Нью-Йорке. Ее прах и прах мужа Пола захоронен рядом с могилой ее отца на еврейском кладбище в Шопроне. На надгробии также выгравировано имя матери и слова: «Мученица Холокоста».
Через три года после смерти психоаналитика в свет вышли ее мемуары, собранные и отредактированные историком Полом Степански (Маргарет Малер трудилась над ними последние годы своей жизни). Эта работа стала ее попыткой рассказать о том, как она справлялась с последствиями детских травм; как боролась с провинциальными предрассудками, с которыми сталкивалась в юности. А также с удушающим сексизмом и антисемитизмом, которыми было пронизано профессиональное сообщество Европы в период между двумя мировыми войнами.
«Трогательная, но в то же время впечатляющая история удивительной женщины, чьи личные трудности стали основой ее профессиональных успехов, а представления о младенчестве и детстве — неотъемлемой частью современной психологической теории и практики», — так отзываются коллеги об этой книге.
«Я посвятила свою жизнь тому, чтобы понять, как человек становится самим собой, — пишет психоаналитик в одной из последних работ. — И пришла к выводу, что это становление никогда не заканчивается. Мы всю жизнь отделяемся, возвращаемся и отталкиваемся. Психологическое рождение — это процесс длиною в жизнь».
Автор неизвестен.
